Слово Божией Матери Блаженному Иоанну. Книга 14. “Вхождение в тайну Креста”. 1987год.
«Мария, Мать моя, должное свершиться уже исполнилось. Конец Твой будет тишайшим»
Христос
О, мои благословенные! Притеките под мой покров. О Господе Слово мое. О Кресте Сына Божия и о пути Его земном и надмирном.
Я точно родилась с ожиданием Возлюбленного Сына
О дети мои, как Я ждала Его! Я точно родилась с ожиданием возлюбленного Сына. С самого малого детства, как только помню себя в земной жизни, с двух или трех лет, более ни о чем не думала и ничем не могла заниматься. Ходила в храм, стояла тихо в уголке, часами сиживала дома в ожидании Его. И такую дивную упокойную радость сообщал сердцу моему Сын Божий, что не было для Меня большего блаженства, чем такое ожидание, наполнявшее неизреченной полнотою.
И помню, целыми днями была Я в слезах. Еще не знала о чем и о ком, а рыдала, рыдала нескончаемо, оплакивала горе Его и свое. Еще Мне не было открыто ничего, а Господь таинственно призывал Меня и хранил сосуды мои предуготованными для восприятия сердца Христова. Еще не знала Я о Жертве предстоящей, ибо Отец берег Меня, чтобы скорбями своими и горем не нарушить покой Пречистого Плода.
Ведь и Я, дети мои, думала, что Господь покорит мир. Светом силы, исходящей от Него, воссядет в Иерусалиме, и преклонятся все колена земные пред Его величием царским. Когда же вестник божий открыл Мне предстоящее страдание, Я так скорбела, что едва могла ходить и как бы ничего не видела, и в полной отрешенности была…
Тогда явился Мне сам Господь и утешал Меня, и укрепил премного, и открыл Мне величайший смысл в божественной Жертве и уничижительном позоре, предстоящем Сыну Моему.
После той беседы в Купине неопалимой Я вновь опустилась на землю и уже ходила как бы в иной плоти. Прежде просвещенная Духом как ветхая дщерь, стала сопричастной великой Славе Христовой. И уже не только о Нем скорбела, а обо всем человечестве. Ибо такое сердце дал Господь Мне, что вместила в нем всех живых и мертвых как родных детей своих, и оплакивала, и молилась о них к Отцу Небесному.
Сказал тогда Мне вестник божий, что через Меня состоится соединение Бога с человеком, что Я стану новым древом, новой ветвью жизни, и что оливковая ветвь в руках его есть знак грядущей поросли. И что богочеловек Христос – Помазанник, Сын Божий, который придет в мир через Меня, будет тем Агнцем жертвенным и Искупителем, через которого отпавший человек познает Бога своего, и что Господь возьмет от Древа жизни и привьет им иссохшую кору, и что во Мне благословится род адамов.
При кончине мира Я буду поставлена во основание нового века: во Мне и через Меня как бы родится, через лона мои и церковные, ибо Я стану церковью, а церковь – Мной; провозвестится век грядущей Славы Христа. Ибо всяк, вошедший через Христа, через Меня вошел и мною рожден. Мне дано право нарекаться Богородицей нового человечества, Матерью грядущего века, божественным Лоном насельников Святого града. И это тайна величайшая – то, каким образом во Мне благословится грядущий век.
О земных днях Христа
После откровения ангела имела Я Христа перед глазами неотступно, когда Он был со Мною и без Меня. Но Я не всегда решалась призывать Его и беспокоить, ибо страх божий не позволял Мне тревожить промысел святой. И Я смирялась и терпела, когда страдала из-за Его отсутствия, по непониманию и ограниченности, ибо далеко не сразу получила Я то просвещение, которым сподобил Меня Сын Божий. Как бы ради своего уничижения все первые годы земной его жизни не давал Он Мне духовного ведения и подвергался от Меня многим упрекам, и встречал непонимание.
Враг не оставлял Господа с самой первой минуты его воплощения. Первые удары предназначались Мне и старцу Иосифу, но уже с полутора лет и даже с одного года, от избиения младенцев, начался крестный путь Господень на Голгофу. Любовь же, которою проникнут был, сочеталась с непрестанной бранью и усиленными аскетическими подвигами.
Душа Господа была столь дивная, что от одного присутствия Его сладчайший покой разливался в сердце и благовоннейшие ароматы распространялись вокруг. Было легко и радостно сидеть с Ним и около Него, возноситься в трепетной молитве к Небесному Отцу, ибо Он был как Столп живой, соотносящий землю с небом. Как бы самой молитвой был Он.
С самого раннего детства, с первого дыхания своего имел Он божественный разум, который намеренно скрывал ото всех и даже от Меня, Царицы Небесной. И не потому, чтобы не надмиться или впасть в грех, ибо Он не имел на себе печати греха, а по великому смирению и уничижению своему. И уже одно это было его внутренним распятием, ибо стоило Ему многих искушений, в том числе и от Меня идущих: ветхая по плоти, пребывала Я порой как бы в забытьи, забывая его происхождение, и как земная мать опекала Его, что причиняло божественному Сыну великие страдания. Не было случая, чтобы Он упрекнул Меня, но всегда был тверд и поступал, как Ему должно.
Часто видела Я, как Господа беспокоили какие-то люди. Особенно часто являлись к нему волхвы с какими-то тайными вопрошаниями. Далекие купцы являлись к Нему за советами. Но Господь избегал встреч с ними и вел жизнь замкнутую, ибо говорил Он, что Ему мучительно тяжело общение с подобным родом и что миссия его сбудется вскоре, и что Отец Небесный является к Нему и укрепляет Его, наставляет и назидает в Слове правды.
Будучи молчалив, имел Он внутренне как бы непрестанное общение с Отцом Небесным: с самого детства говорил с Ним Бог-Отец. Но Он скрывал все дары свои, являя лишь любовь и покорность.
И был Он бит до смерти духами злобы уже с двух лет, когда находились мы в публичных местах. Знавшие Господа так любили Его, что были готовы пойти за Него на смерть, но враг возбуждал в незнакомых спесивую злобу, и без всякой причины начинали избивать Его, чем могли, и часто находила Я Его в крови лежащего бездыханно. И чудодейственно исцелялись раны Его, и не раз воскрешал Его из мертвых Бог-Отец, ибо ярости, с которой набрасывались на невинного Младенца, не было предела. Искали ненавистники разорвать на части Господа, и не только палками били Его, но и всем, что попадало под руку, так что ни одной твари не доставался такой удел.
Избивая Его, кричали: ‘Такой не должен жить! Какая мать родила Его?’ С ножами и вилами, молотками и молотами шли на Него, – ни одно презренное животное не было так жестоко избиваемо. Точно теряли головы жестокосердные убийцы, – воистину не ведали, что творили они. И было это много раз, Господь же утешал Меня, говоря: ‘Отец Небесный попустил Мне пострадать за человеческие грехи и искупить их’.
Искал враг погубить Меня, и Я скрывалась постоянно.
Видите, как шел сам Бог Славы – уничижением, смирением, послушанием, – и Слава Отца стояла над Ним, и был Он чудодейственно храним. Так и с каждым из вас будет покров небесный, если смирите себя во смирение Сына Божия и уневестите душу чистотою ангелов.
Многие великие знамения творились в детстве Господа. Порою видела Я столп огненной Славы, сходящий на Него. Ослепительные лучи окружали божественного Младенца, и Он беседовал с неведомою силою. Я слышала величественный голос и видела парящих ангелов, и этот свет неизреченный потрясал Меня. Но когда пробовала говорить о Нем кому-либо из ближних и любящих Его, то те с недоумением смотрели на Меня, говоря, что ничего подобного не замечали и что, должно быть, это плод болезненного воображения.
И Я замкнулась навсегда. И стала еще более молчалива, чем была прежде, до благовещения архангела. Ибо рождение Господа как бы изменило весь душевный строй мой: Я стала трепетней, живее. Я понесла в себе Того, кто преобразил Меня еще во чреве моем. Свершилось непостижимое и предивное чудо: Бог вселенной и Царь вечности, провидящий души еще в утробах матерей, Сам вошел в утробу Матери-Девы.
Исполнилась мера Спасителя мира. Неизбежное должно произойти
О дети мои, подобно тому, как после откровения Ангела в младенчестве божественного Сына имела Я пред глазами картину его Крестного распятия и надрывалось мое сердце от рыданий, отчего Я неделями запиралась ото всех и никого не могла видеть, и совершенно обессилившая от слез лежала не в силах встать или даже подумать о чем-либо, – так и по сей день представляю каждого из вас и вижу его на смертном одре.
Когда Господу исполнилось пять лет, Господь впервые покинул дом и уехал со странствующими купцами, пересек с ними три океана, был в Индии, Египте, африканской пустыне.
С той поры образ Его распятия оставил Меня, ибо здоровье мое иссякло от страданий. Посещавший Меня врачеватель говорил, что сердце мое не выдержит малейшей тревоги, и удивлялся, как только надорванный страданиями и постом организм мой сохраняет тепло жизни.
Я же в часы такой немощи и упадка сил невидимым образом укреплена была от святого Ангела – сам Дух Святой в короне царской слетал ко Мне, и в руках Его был сияющий ослепительными драгоценностями Ларец, из которого доставал Он небольшой сосуд, извлекал из него каплю, растирал мое чело, грудь и глаза; утешал и ободрял, и, благословив Меня, исчезал.
И являлся Мне Господь: видела Я Его бредущим по городу в окружении неизвестных Мне людей или молящимся к Отцу Небесному в огненном столпе, покрывающем всю Его божественную плоть и простертом от земли до неба. И, укрепленная, чувствовала в себе силы встать и заниматься делами, ибо на Мне был дом и хозяйство.
С той поры Я как бы забыла о распятии Господа и даже о Его происхождении пречудном от сверхъестественного Света и от Духа Жизни, пока Господь не явился незадолго до исполнения своей земной миссии и не испросил благословения на принятие страшнейшей и позорной смерти сей.
Когда Он сказал Мне, смертельно сжалось сердце мое и остановилось дыхание, онемели члены мои и отнялся язык. Но тотчас же явился Врачеватель – Дух Святой, прекрасный юноша, коронованный величием Царя Небесного, и укрепил Меня вести дальнейшую беседу со Господом.
И хотя Я умом смирилась и благословила Его, понимая, что неизбежное должно произойти, и что исполнилась мера Спасителя мира, сердце мое не могло вместить предстоящего. Того, что пречистый и сиятельный Сын мой, божественный Ангел, благоухание вечности, безгрешный и сладчайший, наимудрейший из мудрых, Сын Небесного Отца и Бога Силы, Господь, Вершитель всех чудес, сотворивший мир, разверзший тверди и давший язык твари, будет таким ужасным образом унижен. Что толстые, остро наточенные гвозди войдут в его благоуханную и как бы неземную плоть и все тело его сведет судорогой на Кресте. И передастся Ему страдание адских мучеников: потоки огненные, перекатываясь от виска к легким и от легких к конечностям, обожгут Его, и каждое дыхание дастся с таким трудом, точно навалится на Него вся злоба мира, терзая совокупно всеми пытками, уготованными грешникам в аду.
И опять, когда Я упала без сил, должно быть мертвая уже от разрыва сердца, явился Дух Святой – Ангел дивной красоты, в царских одеждах, в короне, помазал мое сердце, растер каплю благовонной мази, и Я воскресла, ибо Мне предстояло еще присутствовать на последнем Его страдании.
Мария – Матерь скорбей
И еще сказал Мне Сын мой на Кресте: ‘Терпи, Мария. Матерью скорбей нарекут Тебя. Ты родила Сына от Духа, возлюбленная Дочь Небесного Отца. Предначертана Тебе величайшая Слава, которой не знают духи невидимые, престолы и Власти небесные. Но прежде вкуси от Чаши Моей’.
И спросил еще Меня уже распятый на Кресте, готова ли Я претерпеть предначертанное Мне страдание за Него? А если у Меня не хватит сил и не выдержит сердце, то Он будет просить у Отца, да облегчится удел Матери Божией, но тогда Царь Славы будет разлучен с Пречистой Матерью своей.
И Я сказала Ему, что так люблю Его, что ношу Его в сердце своем превечно, что ради сопребывания с Ним, в Нем и Его во Мне готова на любую боль и скорбь, да укрепит Меня Укрепивший Его. И Господь молился на Кресте Отцу Небесному.
А если бы Я не согласилась принять на Себя предписанное бремя, то могла бы умереть от разрыва сердца у ног Его или когда забивали гвозди в святые стопы Его или укладывали во гроб. И Я скончалась бы тихой смертью, и была бы неразлучна с Ним как с Сыном, но Славы Отца, одесную которого Он стоит, не познала бы и не имела полноты общения с Тем, который и Сын и Отец и Дух Святой в одном Лице.
А Я только любви Его чаяла и тогда еще не понимала ничего. Знала Я только одно по внушению Духа, что если ослушаюсь Сына Божия и не приму послушания, им предначертанного, то разлучусь с Ним, а этого Я более всего боялась. Более всего опасалась Я прогневать Бога, боялась удаления Его от себя.
На Голгофе просила Я Его, чтобы укрепил Меня подвергнуться подобной участи. Он же сказал: ‘Мария, Мать моя, должное свершиться уже исполнилось. Конец Твой будет тишайшим. И такие же обещаю последние дни всем преданным твоим. Но будешь распята в лице церкви, которая будет Твоею по земному своему составу и крови Отца Небесного по божественному естеству. И Я буду распят еще две тысячи лет, а со Мною вместе и Ты в лице исшедшей из Ложесн твоих Невесты-церкви’.
О, чада мои, того, что пережило сердце мое и что предстало взору затуманенному на Распятии, не забуду никогда. Тогда явился сам Отец Небесный и предстоял. И был Он близок Господу – всего на расстоянии метров двух над Ним. И такая преданность исходила от Сына Распятого, и такая любовь от Отца, что трепет этот по сей час тревожит мое сердце и никогда, должно быть, не оставит Меня. Ибо хотя и часто приходилось Мне быть свидетелем божественных бесед Отца и Сына, но подобной силы явленной любви Я не видела. Чистая любовь, всесовершенный Свет, божественная милость.
И вы, дети мои, причастные живому Слову, да возгоритесь любовью. И тогда, избитые толпою, позорно обнаженные, осмеянные и преданные на мучения, – возблаженствуете в лучах всерадостной, всежертвенной и милостивой любви, в которой вся полнота Отца и Сына и Святого Духа.
Гнев синедрионских фарисеев после Воскресения Господня
О страшная тайна, чадо. Знай же: не только Иуда тайно верил, что Господь воскреснет на Кресте, но и Каиафа, и Анна, и злобные противники Его. Все они, ненавидя Господа, тайно полагали в умах своих, что если Он истинный Царь и Мессия, то сойдет с Креста, и что тем самым, приговаривая Его к распятию, они способствуют осуществлению своего мессианистического чаяния. А если Он не сойдет с Креста, то они, по разумению их, правильно делали. Но как мог Сын Божий не принять крестной смерти?! Не прими Сын Божий крестной смерти, как получили бы вы благодать радости в скорбях? Ибо вся жизнь человеческая – распятие на кресте и положение во гроб, три напряженных дня и день Суда. Нет, Он должен был победить смерть!
И вот когда узнали они, что Он воскрес, как оповестили о том ангелы свидетелей и мироносиц-жен, то впали в еще большую ярость, поняв, что план их не сбылся. Ибо не Воскресения Христова чаяли они, а Его сошествия с Креста. Воскресение же Господне повергло их мирские и лживые души в крайнее ожесточение. Искали Меня и Иоанна как свидетелей Распятия, чтобы растерзать в клочки и побить камнями. Искали они выместить свое бессилие перед Сыном Божиим на Мне и Иоанне.
И все земные дни мои тяготел надо Мной гнев фарисеев синедрионских. До последнего часа моего искали они в лице моем отомстить Господу за свое поражение. Ибо Крест Господень, который, по их злокозненному замыслу, должен был опозорить Сына Божия, оказался Крестом Славы, и воссиял от него неизреченный Свет на все миры.
Приняла Я, чада мои, бремя Господне, ибо в моем лице искали отомстить Ему, полагая Меня виновницей несбывшихся своих чаяний и ожиданий, губительницей племени Израилева. Каких только грехов ни приписывали Мне! Но Господь укреплял Меня, и Я терпела и молилась непрерывно. Ибо Он сказал Мне на Кресте: ‘Матерь Божия, много Ты претерпишь за Меня. Тобою мир спасется. И войдет в страдание твое каждый, принявший Меня на Кресте в смирении, и получишь право ходатайства о каждой душе человеческой’.
И несла Я свой крест, чада мои, и скрывалась от мира, ибо ведь хотели сделать со Мной то же, что сотворили с Сыном моим, – пронзить мое пронзенное Сердце и умножить открытые раны. Но Господь скрывал Меня.
Много раз было так, что враг стоял рядом, смотрел Мне в лицо и не узнавал Меня: Господь закрывал ему глаза и помутнял ум.
О чада, вонмите, какой страшной тайной крестной связана Я с Сыном Божиим, сколько претерпела на земле, явясь как Живая Церковь продолжением его искупительного страдания, его Креста животворящего.
Когда перечитываешь слово Божьей Матери, то понимаешь важность её наставлений. Это как лекарство лечит душевные раны и даёт надежду на благополучие в будущем. Божья Матерь в своих откровениях о. Иоанну Береславскому открывает Божий промысел в отношении нашей России и всего мира. В наше непростое время глобального мирового кризиса, важно внять к тому, в чём она сегодня призывает всё человечество. Весь мир должен преобразится и человечество должно стать непорочным и через неё родиться в новую жизнь без греха.