Евфросиния Почаевская: святость, преображающая мир


Содержание:

Евфросиния ПочаевскаяЕвфросиния Почаевская

Отзыв на книгу ‘Святая Евфросиния Мироточивая’

Невозможно понять творчество блаженного Иоанна и его мессианистическую жертвенную деятельность без осмысления жизни святой Евфросинии. Впрочем, слово ‘жизнь’ в отношении этой великой подвижницы кажется неполным, усеченным и даже несоответствующим. Напрашивается более весомое, ёмкое, с библейским оттенком и нагрузкой слово – ‘житие’.

Внешние приметы её земного пути легко укладываются в один небольшой абзац: родилась в 1916 году, большую часть жизни прожила в Почаеве на Тернопольщине, прилепилась душой к Лавре, откуда её гнали лицемеры и фарисеи. Непрестанно молилась, постилась, исцеляла больных и немощных, которых часто водила на Святую горку и приобщала к омовениям в источнике Святой Анны. Путешествовала по Украине и России, посетила Москву. Умерла в 1993 году. Её нетленные мощи мироточат. После неё осталась небольшая тетрадь, напоминающая дневник, большую часть которой занимают её любимые молитвы и псалмы.

Такова видимая сторона жизни. Но есть ещё невидимая, божественная, и чтобы понять её, придётся исписать десятки, а может и сотни страниц. В сжатой по объему статье этой незримой ипостаси можно коснуться только вскользь. Но пусть такая попытка затронет интересующихся и станет своеобразным дорожным указателем на пути к последней правде, а также ненавязчивой интродукцией к книге блаженного Иоанна ‘Святая Евфросиния Мироточивая’, которая на сегодняшний день выдержала двадцать (!) изданий, в том числе на украинском языке в переводе Любови Пчелинской.

Начинается книга возвышенным и поэтическим запевом: ‘Ходила святая по земле – прославлена нетленными мощами. В лавре её называли замолившейся. Местные ненавидели и травили: ‘Фарисейка!’ Монахи её гнали за обличения в недержании поста и нетворении молитвенного правила. И ходили за ней, богодухновенной старицей, двое-трое, не больше. А Господь облек её в ризы нетленные и явил нам масла, напитанные мирром от Его ран‘. Такое введение настраивает на высокий и лирический лад.

Но сначала – о внешности старицы. Невысокого роста, сгорбленная, будто под тяжестью грехов, вся в черном, на груди серебряный крест. Ручки молитвенно сложены. Такова она на немногочисленных фотографиях, такой её помнят современники… Однако достаточно внимательно присмотреться к её лицу, чтобы почувствовать дыхание нездешней силы, редкостное сияние, прорывающееся свыше. Понимаешь: есть в нём что-то от Богородицы и вместе с тем от всех жен-мироносиц, молящихся за своих чад и за весь грешный мир. Каждая черточка её замечательного лица озарена добротой и светом молитвенного смирения, всех обнимающего, ласкающего и умиротворяющего. Невероятно!

Пристальный взгляд направлен на зрителя и одновременно как бы сосредоточен в мире вышнем. Плотно сжатые губы чуть-чуть улыбаются. Кажется, они вот-вот разомкнутся и прозвучит молитвенное: ‘Будьте благословенны, дети мои’.

Хорошо и легко чувствовать под этим взглядом себя как божье дитя, надёжно защищенное от демонского влияния, счастливое и вечное!

Хочется говорить об особой красе этого лица. Нет, это не та стереотипная земная красота, в основе которой изящные и соблазнительные тонкие черты! У Евфросинии нос кортошечкой, невыразительно очерченные ноздри, простецкие румяные щёки, складки под губами и глазами, набухшие маслянистые веки, кустистые брови, глубокие глазницы, широкие скулы. Добавьте ещё пёстрый грубый платок, скрывающий лоб и шею… Однако вопреки всему, это лицо невероятной красоты, богородичной благодати – иконописное! В разумных, зорких и глубоких глазах струится свет души.

У отца Иоанна есть такое наблюдение (правда, высказанное по другому поводу, но имеющее отношение и к нашему разговору): ‘Есть много душ с непорочной меткой на челе. Не смотрите, что имеют порой вид невыразительный, не похожий на святых. Зато души у них чисты. Умейте увидеть святое за внешней маской и миропомажьте его‘.

Примечательно: в чертах Евфросинии не просматривается ничего немощного, болезненного, хотя известно, что старица часто болела и на склоне лет почти постоянно жаловалась на боли в сердце. Однако потомкам оставила лик человека здорового морально, духовно и физически, чьи черты словно выточены небесным резчиком.

У многих монахинь, ведущих затворнический образ жизни, лица подобны иссохшему пергаменту. Глаза полузакрытые, покрытые белым налётом. Взгляд полусонный и утомлённый (следствие бессонных ночей). Подбородок дряблый, пальцы опухшие… В святой Евфросинии всё дышит целебной силой, животворной энергией и какой-то особой жаждой борьбы и жизни. Вопреки всему: житейским неурядицам, демонским атакам, гонениям и тяжелой духовной брани…

Что-то есть в этом лице неуловимое и таинственное, до конца непонятное, непознанное и необъяснимое. Но для того, кто молится на этот лик, он остается идеалом красоты – высшей и вышней.

Душа часто проступает в чертах человеческого лица. Но так, как она проявилась в Евфросинии – большая редкость. Поистине, это лицо человека бессмертного в безграничной любви и доброте. Святой, катарки, подвижницы и молитвенницы, и ещё: служанки, крестьянки, беспросветной рабыни-колхозницы.

В её взгляде – отражение глаз всех Богородиц, когда-либо являвшихся людям: Зарваницкой, Лурдской, Унивской, Гошевской, Почаевской, Фатимской, Ченстоховской… Эти глаза словно обнимают взглядом всех женщин, которые молились и молятся за нас, и за которых молимся мы, кого любили и любим.

Тайна непостижимой многоликости?
Бесспорно.

Разве можно её понять и объяснить?
Нет. Несказанное остаётся несказанным.

Всё в этом взгляде – и врата вечности тоже. Хочется верить, что каждый, кто встретится с этим взглядом, будет искать его тепла и света в каждой знакомой женщине, и в каждой видеть мать и сестру.

А руки Евфросинии! Благородные, натруженные и вместе с тем артистически изящные, покрытые легким загаром, будто окутанные дымкой (обцелованные милосердным галицким солнцем). На них тоже лежит отблеск доброты и покоя, усталости и силы. Руки молитвенницы и великой труженицы, которая не сторонилась самой чёрной и тяжелой работы (жила в нищем бараке – по выражению блаженного Иоанна, ‘собачьей конуре 2х3’). Эти руки притягивают как магнит. К ним так и хочется прижаться, прильнуть губами – невольно, каким-то непостижимым душевным порывом. Всё в них такое складное, естественное, живое, лишённое всякой вялости, озарённое незримой, но ощутимой душевной мягкостью.

Весь облик святой побуждает к упокоению, самоуглублению, сеет тишину, умиротворение и призывает к разговору с Богом, к вдохновенному творению молитвы.

Книга ‘Святая Ефросиния Мироточивая’ имеет подзаголовок: ‘Для подвижников последних времен‘ – то есть для тех, кто избрал монашеский путь служения Богу. Так её и следует воспринимать. Она не для рядовых читателей, привыкших к примитивному повествованию и расслабленному чтению от первой до последней страницы. Эту книгу лучше воспринимать фрагментами, настойчиво осмысливая прочитанное. В ней много повторов, как и в любой назидательной и духовно-дидактической прозе. Но эти повторы подчеркивают и по-новому акцентируют сказанное ранее, проясняют малопонятное и дополняют недосказанное. Меньше всего хочется анализировать эти высокодуховные тексты (как, собственно, и большинство писаний блаженного Иоанна), а просто хочется их цитировать. Они сами по себе дают ответы на многочисленные болезненные вопросы, над которыми мучился годами, а может и десятилетиями. А это уже кое-что. Поэтому ограничусь только лишь сопроводительными врезками.

Псалтырь

Держитесь за Псалтырь, как за спасательный круг!’ – подчеркивает св.Евфросиния. Псалтырь стала важнейшей книгой её жизни. Ею матушка спасалась от недугов, бесовских атак, страхований и разного рода наваждений. И в дни своей земной жизни, и из вечности через отца Иоанна призывает непрестанно обращаться к Псалтыри, потому что ‘даже нумерация псалмов имеет сокровенный смысл’, потому что ‘без Псалтыри никто не достигнет врат Царства’.

И еще:
Затворническая молитва, Псалтырь и аскетические подвиги несравненно сильнее, чем слова’.

Ничего целительней псалтыри нет. Если б люди познали силу псалтыри – закрылись бы больницы, а медперсонал посвятился бы в молитвенники и подвижники’.

Без причастия и Псалтири духовная жизнь скудна. И Евангелие без молитвы превращается в учебник’.

Не Давидом, а самим Господом Иисусом Христом была написана Псалтырь’.

Нет в псалмах ни одного устаревшего слова. Устарели книги Достоевского и Тургенева, а псалмы актуальны в очах Премудрости, как никогда‘.

Поклоны

О том, как они важны для спасения души, св.Евфросиния сказала: ‘Пожалуй, больше всего после псалтырной молитвы’. Подвижница убеждает: ‘Ничто не проходит зря. Господь учитывает каждый поклон, каждая слеза и молитва засчитываются при решении судьбы’. Сама каждый божий день, а особенно по ночам хлестала поклоны сотнями и тысячами. Говорила: ‘Один ночной поклон равен трём дневным и отгоняет сон’. Никогда поклоны не были для неё мукой и непосильным испытанием, потому что в ревностной молитве получала такую силу и подъём духа, что крылья вырастали за плечами. Знала: ‘без блаженства нечего делать в вере’.

Здесь также важно осознать, что ‘поклоны без покаяния приводят к безумию и никаких плодов не приносят’. Должен быть внутренний толчок, потребность молитвы без насилия. И путь к этой благодати следует искать через пост, неосуждение, послушание, духовную мудрость и жажду Царства.

Стоит также запомнить:
С каждым поклоном прощается хотя бы один греховный помысел’.
‘Поклоны – основное оружие праведника’.
‘Как птица не может долго без полета, так подвижник – без поклонов
’.

Молитва

О её силе и необходимости в духовной литературе написано, пожалуй, больше всего. Молитва была и остаётся самым действенным оружием христианина, его опорой и мощью, крыльями и источником силы, мечом и щитом. Добавим к этой сокровищнице несколько ценных и мудрых наставлений почаевской старицы:

Богослужения должны прививать любовь к молитве, а не отвращать от неё’.

‘Без ночной молитвы нет блаженств’.

‘Вымаливайте грехи терпеливо’.

‘Просите у Пресвятой Богородицы дар ночной молитвы’.

‘Кто ищет познания Бога без молитвы – неизбежно попадёт когда-то в сети дьявольские’.

Один святой своей молитвой может сделать для города больше, чем десять действующих храмов с прихожанами, свечами и священниками’.

Слеза

Не знаю ничего выше человеческой слезы. Уже когда и слова становятся лишними или невозможными, она говорит. Слеза выше земных языков, знаков и иероглифов. Её понимают все.

Не буду петь ей гимны и оды, чтобы не унизить непорочной чистоты и величия.

Плачет человек, когда ‘прижимает’ его жизнь, плачет, когда отпускает. Пожилой человек всегда скор на слезу – быть может потому, что приближается к Богу, с которым смертному лучше разговаривать слезами.

Какие они разные, слезы людские – сумеречные, одинокие, заупокойные…

Слеза счастья, радости – улыбающаяся слеза, дневная. Слеза печали, отчаяния и горя – жгучая и горькая, более ночная.

Дар слезы дан не только человеку. Плачут деревья, птицы и животные. Плачут небеса.

Как часто открывается нам, что и источники и реки – это слезы земли.

Захлебывается рыданиями душа, когда приходит в этот мир. Плачет, пока обвыкнется-приспособится. И плачет, когда покидает землю.

Плачет мать, провожая в путь своего ребёнка; плачет, когда встречает.

Слеза не слукавит, не обманет, не введёт в заблуждение, потому что источается не из глаз, а из сердца.

Золотым своим отблеском слеза всегда в вечности.

Всемогущее время бессильно перед ней, не высушит её и не развеет никакими ветрами-суховеями.

По эту сторону – человеческое сердце, по ту – Божий лик.

Заплакала на Голгофе в безмерности материнского отчаяния Богородица… и с тех пор через призму слезы (чаще всего – кровавой) смотрит на грешный мир.

Плачет душа, осознав темную бездну греха; плачет, раскаиваясь; плачет, дорастая до Бога.

Так чисто, так поднебесно высоко сияет слеза! На дне её – тайное знание о непорочности бессмертной души.

Злодушный, озлённый, мстительный, лукавый не заплачет; не умеет сочувствать, сопереживать.

Вдовье сердце – вместилище слёз.

Перед слезой меркнут слова и поступки.

Искренняя исповедь слезой, трогательное признание в любви – слезой, наибольшие обожания – слезой…

Иногда мне кажется, что когда человек становится перед Господом, ангел-хранитель показывает, как разливается река её земных слёз. И переливается она бриллиантовым блеском, и становится духовным сокровищем души на всю вечность. И это высшее торжество небес. О, как увековечивается в небе слеза святой Евфросинии!

Слёзы бесценны перед Господом. Где ваши слёзы? Почему так мало слёз?‘, – спрашивает она нас с небес.

Пакибытийный мир

Так заманчиво и важно для человека заглянуть за завесу потустороннего мира! Так соблазнительно-интересно! И мыслящий человек не может не задумываться над вопросами: что нас ждет после Великого Освобождения? Куда устремится душа, куда попадёт? Как пройдёт мытарства, и есть ли они? Есть ли ад?

Потусторонние миры манят и томят, волнуют и пугают – каждый по-своему. И как бы человек ни приближался к разгадке этой тайны, какие сведения не получал бы из уст великих визионеров – будь то в совершенной художественной форме, как у Данте и Мильтона, или в форме научных трактатов, как у Сведенборга и Даниила Андреева, или даже в канонизированном библейском тексте Иоанна Богослова – тайна остаётся тайной. Наивысшею на земле. Горний мир закрыт для человека на тысячи замков. Почему? Святая Евфросиния так отвечает на этот вопрос:
Не велено открывать тайны Царствия, чтобы не помутился у человека ум’.

И все же некоторые метки на пути к этому миру она оставляет:
Когда я оставила мир, душа вошла в белую палату. Встретила меня Владычица Небесная. Я была потрясена Её красотой, пала на колени и стала каяться пред Ней в грехах. Царица Небесная взяла меня за руку и сказала: ‘Пойдём, любимица Моя. Твой земной путь завершён. Теперь начинается путь вечный. Ты прославляла Господа в земные дни, и Он прославит тебя перед очами многих народов’.

В Царство небесное попадает только тот, кто выдержал испытание церковью, то есть остался верен церкви до конца’.

‘На небесах учитывается не столько течение времени, сколько завершение срока’.

Когда я увидела горний мир, исполнилась неописуемым восторгом. То, что представляла в духе и видела очами веры, оказалось несравнимо прекрасней и совершенней. В земные дни пребывала как бы в утробе, только предполагала о жизни, существующей на небесах… Детка, жизнь земная такая скудная и малая по сравнению с вечной!

Писатели после смерти идут в особые воздушные сферы, где пребывают им подобные служители муз. Но по истечении сроков, когда исчерпывается энергия, поддерживающая их духов, следует прозрение. В растерянности, как бы сняв с себя магический покров, оказываются они перед лицом правды и отправляются в загробные сферы прозрений‘.

Уделы у писателей, художников и композиторов более чем печальные. Отвечают за тысячи душ, уловленных в сети люциферианские через прелестные парения, горделивые миры, ими обрисованные. Многие хотят покаяться и не могут: за ними стоят души, ими обольщённые. Нужна особая о них молитва. На земле и не дерзайте. Высоким чинам ангельским поручено попечение об этих заколдованных сферах люциферианского влияния‘.

До нас доходят сдавленные крики и вопли, как под огромною плитой. Ад существует как религиозная западня. И демоны, которые мучили невидимо в настоящем веке в телесной оболочке, – мучают видимо по попущению Божьему’.

Советы

Какой бы глубокой, интригующей и интересной ни была та или иная книга, но без конкретных советов и духовных установок, которые может почерпнуть из нее читатель, она всегда будет оставаться неполной. Уровень духовной словесности измеряется прежде глубиной открытий и озарений, а также мудростью той науки, которую книга способна подарить внимательному и любознательному читателю.

Для св.Евфросинии это было определяющим при жизни – приходила в мир собирать зёрна высшей мудрости и передавать другим – и сегодня: делает это из вышних миров через посредство блаженного Иоанна.

Старица поучает ненавязчиво и непринужденно, с исключительным терпением и даже кротостью. Часто повторяет одни и те же сентенции, чтобы донести их не только до ушей, но и до сердца читателя. Лучшие из них приводятся ниже. Но при этом следует заметить: это даже не сотая их часть и не тысячная. Это только приоткрытые двери в большую и необъятную вселенную под названием ‘Святая Евфросиния Мироточивая’.

Пользуйтесь святой водой постоянно, особенно в городах. Всегда растворяйте святой водой приготавливаемую пищу. Освящайте все кругом, каждый шаг свой. В традициях истинного православия духовная не только молитвенная святость, но и вещественный мир, непрестанно освящаемый святыней’.

Не смотри на часы! Молись и не считай земного времени‘.

‘После 500 поклонов Господь посылает вознаграждение за труды’.

‘От городов держитесь как можно дальше. Часы их сочтены‘.

‘Пост помогает избавиться от родовых грехов: гневливость, раздражительность, отсутствие воздержанности, греховные помыслы…‘

Кто просил молиться о нем, молилась, как бы ни избивали демоны за эту душу. Долг молитвы выше всего. Кто долга молитвы не знает, у того отнимается харизма прошения и слез. Легкомыслие здесь недопустимо‘.

‘С каждым поклоном прощается один греховный помысел, а свершённый грех – после 150-го поклона’.

Мало просите. Дерзайте о высотах духовных. Сильно обличаете фарисеев, и дьявол стоит, чтобы ввергнуть вас в фарисейство‘.

‘Еду усиленно крестите. Просите, чтобы пошла на благо. Химия отравляет организм, но сильный правильный крест делает её безвредной‘.

Тайна Богоматери – вторая после тайны Господа. Кто этой тайны не постиг, тот Господа не знает. Протестанты выдумали своего книжного Христа‘.

‘Исповедь – таинство. К нему нужно готовиться, как к евхаристии, читать молитвы и приступать с великим страхом и трезвостью’.

Перед исповедью 50 поклонов непременно для тех, кто хочет глубоко покаяться’.
Поклоны без покаяния – спорт. Трапеза без покаяния – скоромная, хотя бы и постная. Молитва без покаяния – лицемерна и отвергается небом’.

‘Мало молиться. Нужно вымаливать души и вымаливать грехи’.

‘Особенно бойтесь льстецов. Лесть – змеиный укус, яд, впрыснутый во внутренняя’.

Пока нет покаяния, не ищите исцеления от мощей. Зря потревожите вечность. День и ночь перед тем кайтесь’.

‘Начните каяться – и уже через месяц обретёте плодов больше, нежели за пять лет хождения в церковь’.

‘Наставляйте больных читать псалтырь, иметь при себе святую воду, причащаться раз в неделю в храме, творить множество поклонов, каяться в грехах и жить по правде’.

Если будете бить по 50 поклонов каждый день ангелу-хранителю, он встретит вас с великою радостью в вечности’.

‘Что даёшь ближним – себе даёшь. И что удержишь для себя – у ближнего отнимаешь’.

‘Надо одержать победы в четырех бранях. Первую – в церкви, с неистинного духа священниками. Вторую – в миру, с чуждыми. Третью – над демонами. И четвертую – над самим князем бесовским. Последняя самая трудная’.

Чтобы стяжать венец, надо много скорбеть. Но скорбь эта – величайшее блаженство во Христе и особый удел избранных’.

‘Кто предается блуду, будет заживо разлагаться в червях и отвратительном смердении’.

‘После восьмого аборта женщину водят тартарные духи. Душа становится бесконтрольной, одержимой. Сколько сил надо приложить, чтобы вымолить грех абортов! Днём и ночью покаянные молитвы и поклоны. Неустанно исповедуйтесь, пока Всевышний не снимет грех’.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Осталось символов: 1000

Нажимая кнопку "Отправить комментарий", я подтверждаю, что ознакомлен и согласен с политикой конфиденциальности этого сайта